Вдохновение (любовь сигутина) / проза.ру
И еще о батюшке…
— Меня посетило вдохновение, — с извинительной улыбкой и просительной интонацией в голосе стыдливо пролепетала я. — Не найдется ли у вас 2-3 листа писчей бумаги?
Девушка-администратор гостиницы — долго искала что-либо подходящее (так как «с бумагой у нас плохо»), а я терпеливо ждала положительного результата. Ведь сидела под платаном-чинарой (бесстыдным деревом) и все думала-думала:
— Ну, за что мне Господь даровал эту поездку в Партенит?! И название какое-то непонятное, и толкования его не придумаю никак…, и на море шторм (7 баллов), а я и плавать- то по-настоящему не умею, и глубины страшусь, и приехала-то всего на неделю… Надо было ехать в Орджоникидзе или в Морское, где шторма нет… Три дня маялась: уехать бы подальше от этих металлических решеток, глухих бетонных стен, опоясывающих весь поселок городского типа! Море рядом – вот, рукой подать, а идти к нему целых полчаса!.. Пятки только бить! И пальцы ног разболелись – идти быстро не могу…
Глухое внутреннее раздражение заставляло несколько раз кряду за эти три дня принять решение: «Уеду! Завтра же! Туда, где нет шторма!» (А в Морском точно нет – звонила)…
— Сидела бы лягушка в своей луже – не вышло бы хуже, — отмела мои сомнения матушка, которая приютила меня в Партените…
А сегодня … Сегодня я взяла билет за сто рублей, чтобы пройти к пляжу, который находится почти рядом. Идти к нему надо было через парк, что под стать самому Ботаническому Никитскому саду! Попала на экскурсию, прошла по аллеям, увидела скульптуры, ротонды, строящийся водопад, зашла на выставку миниатюрных деревьев, (одному из которых 60 лет, а помещается в цветочном горшке) — сад Бонсаи и Суисэки.
— Загадайте желание, постойте у богини таинственности, потрите животик Ангела-мальчика и Ангела-девочки, посидите под платаном, который обладает сильной энергетикой…, — вещала молоденькая экскурсовод, а я терпеливо выжидала окончания экскурсии, чтобы потом знать самой, какими тропками возвращаться и не блуждать по парку. (Площадь — то в 25 гектаров!)…
И вот оно, море! (Надо сказать, что очень люблю плавать в море на надувном кольце-баллоне, часами могу не выходить на берег). И море-то – теплое, ласковое, без устрашающих волн! Отвела душу, наверное, с час, а то и больше. А дальше – все то же: волны с два метра высотой, прибой… Куда там с кругом – унесет в минуту и йокнуть не успеешь! Посидела – поскучала, подосадовала и пошла по теперь уже «знакомым» тропинкам по парку. Конечно, впечатляет, и еще как: одних растений различного рода насчитывается около 250! Присела на одну из скамеечек с видом на море – утешиться: взглядом окинуть бирюзу воды, полюбоваться белыми барашками, послушать рокот водной стихии. Красота!!! Пересела на скамеечку под платаном. Умиротворение… (Видно, смирилась: с Волей Божией не поспоришь – шторм, так шторм!)
И вот тут-то все и началось: мысли вернулись к рассказу экскурсовода. Оказывается, «партенит» в переводе с греческого – обитель Девы. Бухточка внизу – «маленькая лампада»… Побывать здесь за счастье считали Пушкин, Раевские, Мицкевич, Айвазовский… Мысли бежали дальше, а ноги свернули на тропинку, уложенную камнями, наверное, еще с незапамятных времен. Она привела меня на небольшую смотровую площадку. Кругом – заросли крымской сосны, пьянящий воздух, первозданность растительности, скалы, камни и опять же — море внизу! И так явственно ощутила в душе Величие Премудрости Божией в сотворении мира, в частности, Крыма, что подумалось: ну, как мог один из правителей СССР «сдать» его?! И как хорошо, что другой правитель России сумел «принять» его. (Поговорка такая на языке у экскурсоводов парка: «Крым сдан — Крым принят». И даже магнитик с изображением этих двух правителей и с этими словами в киосках продается! Вот так-то вот!)
Ни о чем я уже не жалела. Партенит вошел в мое сердце своей загадочностью и первозданностью уголка парка. И неожиданно вспомнилось мне, что еще в прошлом году батюшка, благословляя меня на поездку в Крым, (уж очень люблю бывать я в этом непревзойденном по красоте уголке России!), перечислил все города, возле которых я в этом году отдыхаю. Он назвал и Ялту, и Алушту, и Алупку, и Партенит, Форос, Херсонес, Севастополь… Ни в одном из тех мест тогда я не побывала, а название Партенита я даже не запомнила – оно было совершенно мне незнакомо и чуждо. Зато в этот раз все это я вижу своими глазами: в Ялте провела целый день, Алупку и Алушту несколько раз проезжала, когда была в паломнической поездке «Севастополь – Форос — Херсонес…», а в Партените живу вот уже четвертый день! Я от удивления ахнула: это что же? Моему духовному отцу еще в прошлом году было известно, что год спустя приеду именно в эти места под Ялтой? И за какие такие мои «заслуги» Господь даровал мне счастье иметь такого духовного отца? Ну, кто я? Закомплексованная «училка», (так часто называет меня батюшка, когда хочет напомнить мне, что поведение мое, как «училки», в тягость моим домашним). Училка, которая, обоженная на молоке, дует на воду, сомневаясь в дружбе людей, не доверяющая никому, даже самой себе! Человек с такой недоверчивой и искаженной душой, что с 1992 года и по сей день сомневается в любви и заботе обо мне моего дорогого батюшки! (Думается: сколь много нас у него? Неужели и на меня его хватает?) Глупая: два дня умоляла келейника пропустить меня к батюшке благословиться перед полетом в Крым, а ведь духовный отец меня еще 365 дней назад благословил!
Батюшка, простите меня! Я в «святейшем ужасе» трепещу перед силой Вашей любви к каждому из духовных Ваших чад! Простите! (Это ж как надо было искалечить свою душу, чтобы оказаться такой слепой и недоверчивой!) Благодарю за Ваш дар провидения, и не боюсь произносить это вслух: пусть весь мир православный знает, что есть на земле священники, которым открыта Воля Божья даже в отношении такой малой песчинки, как я.
…Тихий дикий уголок, шум волн, с яростью набрасывающихся на берег и уволакивающих за собой шуршащую гальку; свежесть воздуха, безлюдье… Пишу…, вспоминаю слова, сказанные батюшкой в разное время, почти ощущаю его присутствие рядом, а моя недоверчивая душа все еще не допускает мысли о том, что духовником моим батюшка стал давным-давно, еще в 90-е годы, когда в автобусе из Боровска наклонился к моему уху и тихо прошептал: «А — вот губы красить не надо…». Встреча запомнилась, совет – тоже, а поверить в то, что этот священник станет моим духовным отцом, моему сердцу тогда не дано было. Наверное, как и родителей, духовного отца не выбирают. Он благословляется Богом однажды и на всю жизнь. Самоуверенность? Нет: констатация очевидного факта, случившегося со мной в моей жизни. И если бы не мое глухое трехдневное раздражение, не было в партенитском парке и воспоминания — осознания того, что матушка, св. Феодора Власьевна (!), спутница жизни св. прав. Иоанна Кронштадтского, еще в 2003 году определила меня в духовное чадо своему потомку. Этим воспоминанием о поездке в Кронштадт к только что очищенной от грязи и мусора могилке – часовне матушки я тоже обязана благословленному мне батюшкой Партениту… Помнится, взяла я как память – благословение с ее могилы – усыпальницы камешек формой креста. Он до сих пор лежит у меня в святом уголке и благоговейно мною чтится вот уже свыше 15 лет.
«Большое видится на расстоянии», — говорится в народной пословице. И это так. Отсюда, от штормового моря, от Медведь — горы, из Партенита батюшка представляется мне одним из самых настоящих — величественных старцев Руси. И пусть многие не видят его таким, зато я истинным образом поняла, что он, схиархимандрит Кирилл Павлов –
дети военных и послевоенных лет, являются для нынешнего поколения легендарными людьми, сумевшими посеять Слово Божие в сердце каждого человека, который хоть раз в своей жизни побывал у них. Многая и благая лета моему самому замечательному на свете духовному отцу!
10 августа 2022 года, Партенит, Крым.
Ваша духовная дочь Любовь. (Люба… «упала на пОл, получился глагол». Это об эпизоде из моего самого раннего детства, когда падала с верха русской печки прямо на железную печурку. Я не рассказывала об этом батюшке…, но ему это откуда-то известно… Странно? Мне — нет).
Преображение (любовь сигутина) / проза.ру
Свет …Исцеляющий…
— Бабушка, у меня горлышко болит, — захныкала четырехлетняя Катюшка, когда Марья Петровна с непоколебимой твердостью в голосе потребовала от внучки выпить стакан парного молочка на ночь.
Бабушка йокнула от неожиданности и присела на краешек табуретки: очень не любила она держать ответ перед родителями Катюши за болезни, которые, якобы, по ее, бабушкиному недосмотру, приобретает девочка. Да и самой ей страшновато было помыслить, что не уберегла девочку… Хотя, какой ребенок не болеет в детстве…
Кинулась Марья Петровна к аптечке, запричитала, что вот, мол, ночь на дворе скоро, таблеток нужных не находится, спрей закончился… Да хоть бы температуры не было….
Выхватив из коробочки градусник, она поставила подмышки внучке, а сама уже торопливо доставала банку с малиновым вареньем, растворяла соду, капала йод… Ртуть на столбике термометра быстро поползла вверх и остановилась на отметке 38,5… Марья Петровна замерла…
Скоренько уложив Катюшку в постель, она побежала к медсестре домой… Калитка оказалась на замке… Вспомнила она, что еще днем встретила «медичку» с двумя большими сумками: в город уехала … На выходные….
— Что делать? Что делать? Делать-то — что? – сверлила в голове мысль. Подошла к внучке, та посмотрела на нее воспаленными от жара глазами и прикрыла веки. У Марии Петровны похолодело сердце… Температура ползла вверх…
Какие были лекарства под рукой, она использовала, еле-еле прополоскали рот… Ангина?.. Дыхание становилось все тяжелее… Ко лбу не прикоснуться ладонью – горит…
Обернув тельце девочки простынкой, смоченной в растворе, она тихо качала Катюшку на руках… Сама не зная, почему, Марья Петровна стала рассказывать больной девочке о предстоящем празднике Преображения. Мол, пойдут они с ней в церковь с корзиной фруктов… Чего они только в нее ни положат: и румяное яблочко с любимого ими дерева, и слив, самых крупных, лилово-синих; и груш-дулек наберут… А еще – молоденькую картошечку, желтых, самых сладких, помидоров, зелененький огурчик с пупырышечками, лук…- всего-всего… И головку чеснока с крупными зубчиками сверху положат…
— Ты только выздоровей… Не болей… Вместе понесем корзину с самым нарядным рушником… От бабушки мне достался…
Почти в забытьи слушала Катюшка быстрый говорок родного человека, устремив взгляд в красный угол, где у бабушки стояли иконы… И вдруг она крепко зажмурила глаза от нестерпимо-яркого света, исходившего от белой одежды Господа с одного из образов. Лик Его сиял что солнце, одежды были белы словно снег… Особым зрением Катюшка увидела, как Его ученики тоже не могли смотреть на Господа…
— Преобразился еси на горе Христе Боже…, — тихо пела бабушка, ничуть не подозревая о том, что ее внучка будто там, рядом с пророком Моисеем и Илией, с учениками, закрывавшими свои лица руками. Вместе с ними и она как будто слышала голос из облака о том, что «Это – Сын Мой Возлюбленный…». И она с ними увидела, что из облака над горой посыпался дождь. Он словно и в доме бабушки пролился, окропив маленькое тельце девочки живительной прохладой.
Что было дальше, Катюшка не помнила. Она уснула. Уснула тем безмятежным сном, которым спят только дети.
Марья Петровна, все еще не пришедшая в себя от тревоги за здоровье внучки, медленно положила ее на подушку, потерла занемевшие руки и, обессиленная, села на пол, положив голову рядом с подушкой.
…Преображение… Завтра – праздник Преображения… Яблочный Спас, как называют его в народе. С детства любила этот праздник Марья Петровна. Всей семьей в этот день они ходили в соседнее село, где стояла белокаменная церковь. Впереди всех шла бабушка, статная и величавая. Чуть поодаль в белой с расшитым воротником-стойкой рубахе шел дед. Широко расставляя ноги, он нес тяжелую корзину с дарами. Позади рука об руку шли отец и мать, а сбоку вприпрыжку бежали они, неугомонные дети. Хоть и старались они быть серьезными, это им не удавалось: уж слишком чинно и важно шел их старший брат, подражая деду. Это выглядело смешно, и «мелкие» то и дело прыскали в ладошку.
Вспомнила Марья Петровна и проповедь их сельского батюшки Николая о том, что преобразить свое внутреннее состояние мало кому удается. Лишь поставив цель — измениться к лучшему, идти навстречу Господу, человек в результате своих усилий может достичь преображения своей души и пребывать в постоянном состоянии Богообщения. Отец Николай напоминал о том, что и первомученик Стефан, и преподобный Серафим Саровский, и древний пророк Илия удостоились видеть Этот Нетварный свет. (Пророк Моисей, сойдя с горы Синай, где разговаривал с ним Бог, до конца дней своих покрывал лицо свое – так оно нестерпимо ярко светилось).
Нежные лучи солнца проникли в окно комнаты. Бабушка сквозь дрему услышала ровное дыхание внучки. Открыв глаза, она легонько дотронулась до лба Катюшки: жара не было. Облегченно вздохнув, Марья Петровна встала на ноги и медленно побрела в сад.
Все дышало праздником: яблоки словно радовались, румянцем подставляя солнцу свои бока. Мелкие капельки росы блестели на траве, паутинах между деревьями. «Вот бы поставить три кущи…», — вспомнила она слова учеников и не удивилась этим мыслям: слишком уж хорошо пели птицы в саду и радостно было у нее на душе от праздничной благодати, разлитой в воздухе…
Она вошла в дом и с благодарностью опустилась на колени перед образами:
— Благодарнии суще недостойные раби Твои, Господи, о Твоих благодеяниях на нас бывших… — непрестанно шептала она со слезами, неотрывно глядя почему-то на икону Преображения. На миг ей показалось, что Господь как-то по-особенному взглянул на нее…
— Бабушка, бабушка! А мы пойдем с тобой сегодня в храм? – услышала она звонкий голос внучки и, облегченно вздохнув, подняла ее на руки, крепко прижав к груди. А Катюшка, обхватив ее шею ручонками, щебетала на ухо своей любимой бабушке о том, что и горлышко уже не болит, и что она наденет свое любимое платье праздничное платье… А еще … еще они положат в корзину вот эту икону….
— Пожалуйста, бабушка, давай возьмем ее с собой в храм на праздник. Ну, пожалуйста…
— Возьмем, внученька, возьмем… Обязательно все возьмем, и икону тоже возьмем, — сквозь слезы проговорила Марья Петровна и вдруг поймала себя на мысли о том, что жизнь продолжается: та картина из детства, всплывшая в памяти ночью у изголовья Катюши, получила новую жизнь, чуть преобразившись и изменившись…
— Слава Богу… Слава Богу…, — шепнула она с благодарностью, поклонившись образу Спасителя, и заторопилась все собрать для храма, чтобы Свет …Исцеляющий…
— Бабушка, у меня горлышко болит, — захныкала четырехлетняя Катюшка, когда Марья Петровна с непоколебимой твердостью в голосе потребовала от внучки выпить стакан парного молочка на ночь.
Бабушка йокнула от неожиданности и присела на краешек табуретки: очень не любила она держать ответ перед родителями Катюши за болезни, которые, якобы, по ее, бабушкиному недосмотру, приобретает девочка. Да и самой ей страшновато было помыслить, что не уберегла девочку… Хотя, какой ребенок не болеет в детстве…
Кинулась Марья Петровна к аптечке, запричитала, что вот, мол, ночь на дворе скоро, таблеток нужных не находится, спрей закончился… Да хоть бы температуры не было….
Выхватив из коробочки градусник, она поставила подмышки внучке, а сама уже торопливо доставала банку с малиновым вареньем, растворяла соду, капала йод… Ртуть на столбике термометра быстро поползла вверх и остановилась на отметке 38,5… Марья Петровна замерла…
Скоренько уложив Катюшку в постель, она побежала к медсестре домой… Калитка оказалась на замке… Вспомнила она, что еще днем встретила «медичку» с двумя большими сумками: в город уехала … На выходные….
— Что делать? Что делать? Делать-то — что? – сверлила в голове мысль. Подошла к внучке, та посмотрела на нее воспаленными от жара глазами и прикрыла веки. У Марии Петровны похолодело сердце… Температура ползла вверх…
Какие были лекарства под рукой, она использовала, еле-еле прополоскали рот… Ангина?.. Дыхание становилось все тяжелее… Ко лбу не прикоснуться ладонью – горит…
Обернув тельце девочки простынкой, смоченной в растворе, она тихо качала Катюшку на руках… Сама не зная, почему, Марья Петровна стала рассказывать больной девочке о предстоящем празднике Преображения. Мол, пойдут они с ней в церковь с корзиной фруктов… Чего они только в нее ни положат: и румяное яблочко с любимого ими дерева, и слив, самых крупных, лилово-синих; и груш-дулек наберут… А еще – молоденькую картошечку, желтых, самых сладких, помидоров, зелененький огурчик с пупырышечками, лук…- всего-всего… И головку чеснока с крупными зубчиками сверху положат…
— Ты только выздоровей… Не болей… Вместе понесем корзину с самым нарядным рушником… От бабушки мне достался…
Почти в забытьи слушала Катюшка быстрый говорок родного человека, устремив взгляд в красный угол, где у бабушки стояли иконы… И вдруг она крепко зажмурила глаза от нестерпимо-яркого света, исходившего от белой одежды Господа с одного из образов. Лик Его сиял что солнце, одежды были белы словно снег… Особым зрением Катюшка увидела, как Его ученики тоже не могли смотреть на Господа…
— Преобразился еси на горе Христе Боже…, — тихо пела бабушка, ничуть не подозревая о том, что ее внучка будто там, рядом с пророком Моисеем и Илией, с учениками, закрывавшими свои лица руками. Вместе с ними и она как будто слышала голос из облака о том, что «Это – Сын Мой Возлюбленный…». И она с ними увидела, что из облака над горой посыпался дождь. Он словно и в доме бабушки пролился, окропив маленькое тельце девочки живительной прохладой.
Что было дальше, Катюшка не помнила. Она уснула. Уснула тем безмятежным сном, которым спят только дети.
Марья Петровна, все еще не пришедшая в себя от тревоги за здоровье внучки, медленно положила ее на подушку, потерла занемевшие руки и, обессиленная, села на пол, положив голову рядом с подушкой.
…Преображение… Завтра – праздник Преображения… Яблочный Спас, как называют его в народе. С детства любила этот праздник Марья Петровна. Всей семьей в этот день они ходили в соседнее село, где стояла белокаменная церковь. Впереди всех шла бабушка, статная и величавая. Чуть поодаль в белой с расшитым воротником-стойкой рубахе шел дед. Широко расставляя ноги, он нес тяжелую корзину с дарами. Позади рука об руку шли отец и мать, а сбоку вприпрыжку бежали они, неугомонные дети. Хоть и старались они быть серьезными, это им не удавалось: уж слишком чинно и важно шел их старший брат, подражая деду. Это выглядело смешно, и «мелкие» то и дело прыскали в ладошку.
Вспомнила Марья Петровна и проповедь их сельского батюшки Николая о том, что преобразить свое внутреннее состояние мало кому удается. Лишь поставив цель — измениться к лучшему, идти навстречу Господу, человек в результате своих усилий может достичь преображения своей души и пребывать в постоянном состоянии Богообщения. Отец Николай напоминал о том, что и первомученик Стефан, и преподобный Серафим Саровский, и древний пророк Илия удостоились видеть Этот Нетварный свет. (Пророк Моисей, сойдя с горы Синай, где разговаривал с ним Бог, до конца дней своих покрывал лицо свое – так оно нестерпимо ярко светилось).
Нежные лучи солнца проникли в окно комнаты. Бабушка сквозь дрему услышала ровное дыхание внучки. Открыв глаза, она легонько дотронулась до лба Катюшки: жара не было. Облегченно вздохнув, Марья Петровна встала на ноги и медленно побрела в сад.
Все дышало праздником: яблоки словно радовались, румянцем подставляя солнцу свои бока. Мелкие капельки росы блестели на траве, паутинах между деревьями. «Вот бы поставить три кущи…», — вспомнила она слова учеников и не удивилась этим мыслям: слишком уж хорошо пели птицы в саду и радостно было у нее на душе от праздничной благодати, разлитой в воздухе…
Она вошла в дом и с благодарностью опустилась на колени перед образами:
— Благодарнии суще недостойные раби Твои, Господи, о Твоих благодеяниях на нас бывших… — непрестанно шептала она со слезами, неотрывно глядя почему-то на икону Преображения. На миг ей показалось, что Господь как-то по-особенному взглянул на нее…
— Бабушка, бабушка! А мы пойдем с тобой сегодня в храм? – услышала она звонкий голос внучки и, облегченно вздохнув, подняла ее на руки, крепко прижав к груди. А Катюшка, обхватив ее шею ручонками, щебетала на ухо своей любимой бабушке о том, что и горлышко уже не болит, и что она наденет свое любимое платье праздничное платье… А еще … еще они положат в корзину вот эту икону….
— Пожалуйста, бабушка, давай возьмем ее с собой в храм на праздник. Ну, пожалуйста…
— Возьмем, внученька, возьмем… Обязательно все возьмем, и икону тоже возьмем, — сквозь слезы проговорила Марья Петровна и вдруг поймала себя на мысли о том, что жизнь продолжается: та картина из детства, всплывшая в памяти ночью у изголовья Катюши, получила новую жизнь, чуть преобразившись и изменившись…
— Слава Богу… Слава Богу…, — шепнула она с благодарностью, поклонившись образу Спасителя, и заторопилась все собрать для храма, чтобы ничего не забыть!..
Рецензии
Публицистика (любовь сигутина) / проза.ру
ДЛЯ ЧЕГО СТРОЯТ ХРАМЫ?
Этот вопрос часто слышится среди «философов», любящих поразглагольствовать на различные темы, привыкших жить лишь по своему разумению…Они, словно оторванные от деревьев листья, забывают о корнях, которые питают все дерево, то есть, забывают о тех традициях, которые складывались тысячелетиями: о стремлении русского народа жить в Любви к Богу, служить Ему.
Конечно, на их взгляд, носить «Бога в душе» — это и есть правильно, а остальное: ходить в церковь на службы, почитая праздники, быть причастниками Тайной Вечери, испивая из общей Чаши Любви, не столь важно. Главное – «Я с Богом»…
Но вот что говорит об отказывающихся прийти на этот торжественный Пир игумен Никон Воробьев:
— Кто эти отказывающиеся? Большей частью – это «умные», ученые, образованные, культурные,… , преуспевающие в мире сем. Все они отказываются потому, что им «некогда». Они занимаются или наукой, или искусством, или спортом, (или, в нашем случае, — хозяйством, огородом, сбором ягод-грибов), смотрят телевизор, просто празднословят и тратят время на другие подобные «важные» дела. Скорбят, скребет у них на сердце иногда, но материальные блага, развлечения, суета, страсти подавляют их, и они отрекаются от Господа. Поэтому о всех о них сказал Господь с угрозой: «Никто из этих званых не войдет в царствие Божие».
На званый Пир ( см.:Лк. 14-16; Мф. 22: 1-14) пришли те, кто видит свою духовную и нравственную худость, свое убожество, — «нищие духом», не имеющие большей частью значения на земле, — читаем далее у игумена Никона, — необразованные, мало знающие христианство, больные, зараженные всякими грехами…, те, которые будут внимать слову Божьему и с верою в Господа, призывая Его на помощь, очищать себя от грехов Покаянием. Те войдут в Царствие Божие. Они наполнят этот брачный пир, кому Господь Иисус Христос скажет: «Приидите, благословенные Отца Моего, наследуйте Царство, уготованное вам от создания мира». (Мф. 25:34).
И сегодня Господь призывает прийти к нему, тихо стучась у врат каждого сердца. Они закрыты, эти двери, но Господь ждет и надеется, что когда-нибудь человек, как блудный сын, вернется к своему Отцу.
Может быть, для того и строятся храмы? Для того, чтоб было место, КУДА возвращаться? Но правдивее было бы сказать, что храмы строятся не для чего, а для Кого. Для Того, Кто любит нас Неизбывной, Истинной любовью. Любовью, которую мы ощущаем, когда нам плохо, тяжко, томно,…, когда мы болеем и в это время уже не можем в полной мере заниматься привычными делами. Тогда мы бежим в храм поставить свечку…
А еще, если б любители пофилософствовать, поразмышляли и над вопросом: «Чем отличается жизнь человека от жизни животного», тогда б они пришли к выводу о том, что – почти ничем: так же едим, спим, справляем естественные потребности, деремся, отвоевывая себе лучшее место под солнцем… Истинный человек – не так живет: родился – принесли в церковь, окрестили, и он уже является одним из членов Церкви. А когда тело умерло, опять принесли в церковь – для отпевания… Ставятся свечи, служится панихида, слышатся тяжелые вздохи в мертвой тишине, тихий плач-скорбь об отшедшем в иной мир…
Значит, церкви строятся и для себя, грешного….
Изначально нутром чуял эту Истину русский человек, поэтому и вкладывал хоть малую, десятинную, часть в строительство храмов в честь Рождества Иисуса Христа, в честь Архистратига Михаила, и в честь святых, например, святого Николая Угодника, и в честь Божией Матери Казанская, Владимирская, Покрова, Неупиваемая Чаша…
Как тут не вспомнить стихи схиархимадрита Власия Перегонцева:
Пройдет гроза над русскою землею,
Народу русскому Господь грехи простит,
И крест святой божественной красою
Над храмом Божьим ярко заблестит.
И звон колоколов всю нашу Русь Святую
От сна греховного в спасенье пробудит,
Откроются обители святые,
И вера в Бога всех соединит.
Исчезнут все невзгоды,
Народу русскому Господь грехи простит,
И голос русского народа,
Как гром, по всей Вселенной прогремит.
Господи, помоги построить храм в нашей родной Теребени! Матерь Божия, не остави за нас, грешных, Своего Ходатайства! Вразуми нас, Господи!… Помииилуй!
Я не чудотворец (любовь сигутина) / проза.ру
«Я НЕ ЧУДОТВОРЕЦ». — ТАК ЛИ ЭТО?
Всегда радостно встречать монастырских сестер, особенно тех, с кем связаны долгие годы общения в едином духе. Так было всегда. Так было и сегодня, в день именин присно поминаемого духовного отца нашего схиархимандрита Власия, в первые именины без его земного присутствия…
Столкнувшись нос к носу с одной из них, неожиданно для себя выпалила: «Может быть, с вами мне поехать в Москву?.. Соскучилась».
— Давай… Решайся.
Взвесив все «за» и «против», я отказалась: и на работу завтра к семи утра, и состояние здоровья «не ахти», и с деньгами проблема… Да еще день образования семьи. «Нет… Прости. Не могу. Поддалась эмоциям… Нет». На том и разошлись.
После поминальной трапезы домой вернулась поздно и сразу – на работу. Вдруг звонок: другая духовная сестра сообщает, что водитель машины, в которой они втроем возвращались в Москву, отлучился «на минуту» по делам. Ни через предполагаемых 20 – 30 минут, он не вернулся. Ни даже через час. Будто пропал. А они и отлучиться не могут – машину нельзя оставить, и жажда замучила… Оглянувшись вокруг и присмотревшись повнимательнее, они вдруг осознали, что остановились-то они у торца моего дома! Сколько РАДОСТИ было в моем сердце, когда я поняла, что чудо все-таки совершилось: пусть на 15 минут, у машины, но с коробкой конфет, банкой вкуснющего домашнего компота; с широкими объятиями, и даже здоровым чистым смехом по поводу добродушной шутки одной из сестер, но встреча состоялась! Вот и говори потом, что не чудотворец наш батюшка (упокой, Господи, его душу). Как при жизни доставлял радость и любовь каждому, приходившему к нему за советом, так и сегодня подарил четверым своим духовным чадам НЕЧАЯННУЮ РАДОСТЬ встречи в непринужденной обстановке.
Его молитвенную помощь мы получали и в те счастливые годы, когда он был с нами рядом. Получили ее мы и сейчас: тем более, что возможность дарить любовь к Богу и ближнему у батюшки выросла в десятки раз.
Рецензии
Отзыв (любовь сигутина) / проза.ру
ОТЗЫВ на книгу Любови Сигутиной: «Сказки на православную тему».
Недавно я прочла книгу «Сказки на православную тему». Простым языком, ненавязчиво, в сказочной форме автор касается многих тем, где на первое место выдвигаются такие понятия, как: дружба, уважение, любовь, взаимопомощь, вера, смирение, восхищение красотой земли, гордость за малую Родину; раскрывается знАчимость святого слова и молитвы. Уже в первой сказке читатели окунаются в атмосферу Православия: Карандаш и Альбом рассуждают о том, куда должна вести дорога жизни. Карандаш вспоминает слова своего дедушки «Если дорога не ведет к храму, она ведет в никуда… Она самая спасительная для спасения души человека».
В книге есть описание святых мест, крестных ходов, жизни наших святых, выдержки из Библии.
А вот и действующие персонажи сказок: Альбом, Карандаш, кот Фунтик; мальчик Алеша, девочка Верочка, Колечки, Жердина, Штакетина, Голуби, муравей Чивчик, Ежик, Колобок, баба Нюра и другие.
Начинаешь читать сказу и хочется дочитать до конца, чтобы получить ответ на возникающие вопросы. Все сказки читаются на одном дыхании.
Всем желаю прочитать эту книгу, и старому, и малому. Несмотря на необычный жанр – сказки , читатель получит более глубокие знания о православной вере, чтобы сказать:
Спасибо, Господи! Иду сейчас по жизни,
Преодолев все козни бытия,
Храня в душе Твой Образ, мысли…
За каждый день благодарю Тебя!
Игнатьева Галина Васильевна.
Январь 2020 года.
