Пушкин А.С.: Гордин А.: Пушкинский заповедник. Дом-музей поэта

Кабинет А. С. Пушкина в Михайловском сохранил приметы эпохи.

В углу комнаты находится камин, облицованный плиткой. Недалеко от него расположен рабочий стол поэта, за которым он писал бессмертные произведения.

Пушкин очень любил книги. Трудно было бы представить кабинет поэта без библиотеки. Рядом с камином на стене находится полка с книгами. Известно, что книги ссыльному Пушкину присылали друзья.

В комнате стоит несколько удобных кресел, скамейка для ног, кушетка. Пол в кабинете покрыт коврами, которые наряду с камином придают уют помещению. Стены украшают рог и картины, к одной из которых угадывается портрет Жуковского.

Дом-музей поэта

Дом, расположенный в центре Михайловской усадьбы, как мы знаем, первоначально был построен предками поэта, Ганнибалами, еще в последней трети XVIII века (точная дата постройки не установлена). Был он невелик, прост, но прочен и удобен. В своем первоначальном виде дом простоял около ста лет. Только в 1829 году он подвергся некоторому обновлению, о чем свидетельствуют письма С. Л. и Н. О. Пушкиных к дочери Ольге Сергеевне.^8*

Летом 1837 года его зарисовал с натуры И. С. Иванов. Рисунок Иванова, литографированный П. Александровым и вошедший в «Галерею видов города Пскова и его окрестностей» — документ исключительной ценности, единственное достоверное изображение дома, как и всего сельца Михайловского, пушкинского времени. Дом вырисован Ивановым особенно тщательно. Можно ясно представить себе небольшой его размер и незамысловатую архитектуру, сосчитать количество окон по южному фасаду и определить их величину. Видны даже кусты сирени возле крыльца и по углам дома.

В пояснительном тексте к листу Сельцо Михайловское «Галереи» Иванова, составленном, повидимому, псковским учителем Студитским (автором аналогичной публикации «Сельцо Михайловское и Святогорский монастырь» в «Иллюстрации», 1848, т. VI, № 9), имеется такое описание наружного вида дома: «Здесь представлен господский дом помещиков Пушкиных… Этот дом должен быть… драгоценным для русских: … в нем несколько времени постоянно жил Пушкин, и после из Петербурга почти каждую осень приезжал сюда. Много произведений его здесь обдумано, а еще больше писано… Деревянный и уже обветшалый одноэтажный дом Пушкина занимает середину между службами, идущими с обеих его сторон.

Пушкин выбрал для себя комнату, с правой стороны последнюю, в три окна. Перед домом с этой стороны есть небольшой сквер. Дорога к нему хорошо отделана, так, что за версту начинается чистый парк, украшенный по местам цветниками. Противоположная сторона дома обращена к реке Сороти, извивающейся по приятному лугу».

Почти одновременно с зарисовками Иванова, в мае 1838 года, по поручению Опеки, опочецким земским исправником Васюковым была составлена «Опись… имению, оставшемуся после смерти опочецкой помещицы 5 класса Надежды Осиповны Пушкиной». В описи содержатся подробные фактические данные о доме в Михайловском. Там говорится: «Дом деревянного строения на каменном фундаменте, крыт и обшит тесом, длиною 8, а шириною 6 сажен, к нему подъездов с крыльцами 2. Балкон 1. В нем печей голландских кирпичных белых с железными дверцами и чугунными вьюшками 6. Дверей столярной работы распашных на медных петлях с таковыми же внутренними замками 4. Одиноких столярной работы на железных крюках и петлях с таковыми скопками 16. Окон с рамами и стеклами на крюках, петлях железных с таковыми же крючками и задвижками 14».^9* Опись — единственное документальное свидетельство о доме.

Запечатлен дом Пушкиных, его внешний и внутренний облик, и в воспоминаниях современников.

И. И. Пущин пишет о деревенском жилище друга: «Комната Александра была возле крыльца, с окном на двор, через которое он увидел меня, услышав колокольчик. В этой небольшой комнате помещалась кровать его с пологом, письменный стол, диван, шкаф с книгами и проч., и проч…. Вход к нему прямо из коридора; против его двери — дверь в комнату няни, где стояло множество пяльцев… Дверь во внутренние комнаты была заперта, дом не топлен».^10*

М. И. Осипова, неоднократно бывавшая в Михайловском в 1820-1830-х годах, рассказывала: «Вся обстановка комнаток Михайловского домика была очень скромна: в правой, в три окна комнате, где был рабочий кабинет Александра Сергеевича, стояла самая простая, деревянная, сломанная кровать. Вместо одной ножки под нее подставлено было полено; некрашеный стол, два стула и полки с книгами довершали убранство этой комнаты».^11*

А. Н. Вульф замечает в дневнике 16 сентября 1827 года: «Вчера обедал я у Пушкина в селе его матери, недавно бывшем еще месте его ссылки… По шаткому крыльцу взошел я в ветхую хижину первенствующего поэта русского».^12*

В стихотворении Н. М. Языкова «На смерть няни А. С. Пушкина» читаем:

Там, где на дол с горы отлогой
Разнообразно сходит бор
В виду реки и двух озер
И нив с извилистой дорогой,
Где, древним садом окружен,
Господский дом уединенный

Елисаветинских времен,-
Нас, полных юности и вольных.
Там было трое…
……………………
Вон там — обоями худыми
Где-где прикрытая стена,
Пол нечиненный, два окна
И дверь стеклянная меж ними…^13*

Неоднократно упоминает свой Михайловский дом Пушкин в стихах и письмах: «скромная обитель», «ветхая лачужка», «моя изба», «опальный домик» и т. п.

Типичные черты Михайловского «господского дома», как и всей усадьбы, мы узнаем в романе «Евгений Онегин», в картинах деревенской жизни Онегина.

Господский дом уединенный,
Горой от ветров огражденный,
Стоял над речкою…

Почтенный замок был построен,
Как замки строиться должны:
Отменно прочен и спокоен
Во вкусе умной старины.
Везде высокие покои,
В гостиной штофные обои,
Царей портреты на стенах,

Все это ныне обветшало…

(Глава II, строфы I-II)

Разумеется, не об отождествлении михайловской обители поэта с деревенским жилищем Онегина может идти речь, а лишь об использовании Пушкиным в его романе типичных черт окружавшей его самого обстановки, что, несомненно, имело место и на что сам он неоднократно указывал.

После смерти Пушкина, когда Михайловское сначала находилось в общем владении наследников поэта, его брата и сестры, а затем было приобретено Опекой и в течение почти тридцати лет в доме постоянно никто не жил, он не оберегался, был предоставлен естественному разрушению, обстановка расхищалась.

Д. Мацкевич писал в 1848 году: «Наружность деревянного, уже обветшалого одноэтажного дома Пушкина очень проста. От дома тянутся по обе стороны службы. Перед домом, со стороны парка, есть небольшой сквер…» ^14*

Посетивший Михайловское в июле 1856 года академик М. П. Розберг рассказывал: «Господский дом в Михайловском, где написан «Борис Годунов», где сложилась большая часть неподражаемых глав «Онегина», где родились очаровательные звуки, нашедшие отголоски во всех концах обширного нашего отечества, представляет вид печальной развалины; он деревянный, крыша и отчасти потолки обвалились, крыльцо распалось, стекла насквозь пробиты; дождь льется в комнаты и ветер в них завывает; все кругом заглохло, одичало; двор и сад забиты крапивой, древняя еловая аллея, примыкающая к воротам, заросла… унылая грусть стесняет сердце при виде этих опустелых мест…» ^15*

К. А. Тимофеев, посетив Михайловское в 1859 году, нашел лишь «развалины дома»: «Длинная аллея старых елей тянется от полуразрушенной беседки до домика Пушкина… Мы вошли в прихожую, отворяем дверь в зал… Нет, лучше бы туда и не заглядывать! К чему в нашем суровом, всеразрушающем климате романтические желания — побывать в той самой комнате, отдохнуть на том самом кресле, где сиживал Пушкин, где шла оживленная беседа его с друзьями, где он слушивал сказки своей няни… И вот через 22 года после смерти поэта крыша провалилась, балки перегнили, потолок обрушился, под стропилами, на перекрестке двух жердей, в углу сидит сова, эмблема мудрости, единственная поэтическая принадлежность, которую мы нашли в жилище поэта».^16*

«Домик в Михайловском известен многим; с него были деланы рисунки… В домике этом жил и умер в 1806 году дед Пушкина Осип Абрамович Ганнибал. Вся мебель, какая и была в этом домике при Пушкине, вся была ганнибаловская, Пушкин себе нового ничего не заводил… Самый домик и тогда уже, в 1824-1826 годах, был довольно стар:

Наша ветхая лачужка
И печальна, и темна…

совершенно справедливо говорил Пушкин в одном своем стихотворении. Мебели, как я сказала, было немного и вся-то старенькая; после смерти Пушкина, когда перестала сюда ездить и жена его, Михайловская мебель разошлась по разным рукам… Сквер перед домом во время Пушкина тщательно поддерживался, точно так же не совершенно был запущен и тенистый, небольшой сад; в нем были цветники… Все это поддерживалось потому, что не только Александр Сергеевич, но и его родители с остальными членами семьи почти каждое лето сюда приезжали — Пушкин, когда женился, также приезжал сюда и, наконец, по его кончине, вдова Пушкина также приезжала сюда гостить раза четыре с детьми. Но когда Наталья Николаевна <Пушкина> вышла вторично замуж — дом, сад и вообще село было заброшено и в течение восемнадцати лет все это глохло, гнило, рушилось. Время от времени заглядывали в Михайловское почитатели Пушкина, осматривали полуразвалившийся домик и слушали басни старосты, который не только не служил при Александре Сергеевиче, но даже не видел его… Наконец, в последние годы исчез и дом поэта: его продали за бесценок на своз, а вместо него выстроен новый, крайне безвкусный домишко — совершенно по иному плану, нежели как был расположен прежний домик… Этот новый дом,- заключила М. И.,- я и видеть-то не хочу… так мне досадно, что не сбережен домик… великого поэта».^17*

Старый дом был продан на своз в середине 1860-х годов Г. А. Пушкиным, сыном поэта, и на его месте построен новый, о котором с возмущением и говорит М. И. Осипова.

Дом-музей, построенный к пушкинским юбилейным дням 1937 года и содержавший ценные произведения живописи, графики, скульптуры, много мемориальных вещей и документов, был разграблен и сожжен фашистами в июле 1944 года перед их бегством из Михайловского.

Восстанавливая Пушкинский заповедник «как один из крупнейших культурно-исторических и научных памятников» нашей страны, советские люди с особой тщательностью возродили Дом-музей в Михайловском.

Отстроенный в 1949 году, дом этот максимально близок к своему первоначальному историческому виду: стоит на старом фундаменте из местного валунного камня, в точности передает общий облик пушкинского дома, сохраняет его архитектуру, планировку, размеры (длина южного фасада 24 метра, северного-17,8 метра, ширина-12,5 метра, высота от земли до верха крыши — 10 м). При проектировании (архитекторы Н. В. Яковлев и Л. И. Рожнов) были учтены все названные изобразительные, документальные и литературные источники: изображения дома, от литографии по рисунку И. Иванова до позднейших фотографий, описания, воспоминания современников, замечания самого поэта. Южный фасад, выходящий на усадьбу, полностью соответствует литографии 1838 года; северный фасад с балконом, выходящий к реке, не может быть так же точно документально обоснован, но он вполне соответствует описаниям современников и решению его в проекте академика Щуко, располагавшего изображениями пушкинского дома, до нас не дошедшими. Одноэтажный, рубленый, обшитый тесом, с высокой тесовой двускатной кровлей, продолговатыми окнами, открытым крылечком, выходящим на усадьбу, и небольшим балконом с колоннами, выходящим к Сороти, дом является неотъемлемой частью архитектурного комплекса Михайловской усадьбы.

Внутренний план дома в основе своей соответствует плану подлинного дома Пушкина. Фундамент, несомненно старый, позволил точно определить расположение капитальных стен. Невозможно восстановить только перегородки, повидимому, существовавшие при Пушкине. Наличием этих перегородок можно объяснить и большое количество дверей, указанных в описи Опеки 1838 года (количество комнат, к сожалению, в описи не указано), и расхождения в воспоминаниях современников о кабинете Пушкина: то комната в три окна, то в два, то даже в одно. Поэт, надо полагать, занимал правую сторону дома по южному фасаду, по существу, это была одна комната, но разделенная перегородкой, к ней же примыкала маленькая комнатка у восточного бокового крыльца.

С южного фасада первая комната от главного крыльца — передняя (коридор). Вправо от нее — кабинет Пушкина, влево — комната няни. Это самые большие и светлые комнаты в доме. К каждой из них примыкает маленькая комнатка с выходом на боковое крыльцо. Комнаты, расположенные по северному фасаду,- видимо, личная комната родителей, зальце с выходом на балкон, гостиная. Столовая, когда поэт не жил в Михайловском, надо полагать, была там, где потом разместился его кабинет: эта комната — самая близкая к кухне, имеет свой ход и служебное помещение; при Пушкине же и столовая, и спальня, и кабинет его — все помещалось в одной комнате. Стены в большинстве комнат покрыты штофными обоями образца 1810-х годов. Полы дубовые, паркетные. Печи голландские — изразцовые пестрые и штукатуренные белые; в кабинете — камин изразцовый белый.

Обстановка дома Пушкиных, сохранявшаяся еще с ганнибаловских времен, весьма скромная, но своеобразная, как свидетельствуют современники, не может быть восстановлена — она почти полностью утрачена вскоре же после смерти поэта. Комнаты Дома-музея обставлены сейчас предметами мебели пушкинской эпохи и лишь частично копиями вещей Пушкиных и мемориальными вещами из Тригорского.

автографы, автоиллюстрации, документы (в репродукциях). Все они рассказывают о Пушкине — патриоте, неразрывно связанном с родиной, с освободительным движением своего народа, Пушкине — родоначальнике новой русской литературы и основоположнике современного русского литературного языка, нашем великом национальном народном поэте, подробно освещают всю историю общения Пушкина с псковской деревней, начиная с первого приезда в 1817 году и до последнего — в 1835 году. Изобразительные материалы сопровождаются текстами.

Михайловское Дом-музей поэта. Фотография. 1954 г.

геометрического плана 1786 года, жалованной грамоты Елизаветы и других документов знакомят с ранней историей Михайловского. Ряд фотографий говорит о его судьбе в период после смерти поэта до Великой Октябрьской социалистической революции. Несколько картин и фотографий показывают разрушения фашистскими варварами драгоценных пушкинских мест и их освобождение частями Советской Армии. В специальной витрине экспонируются возвращенные в 1945 году из Германии исковерканные интервентами музейные ценности (портреты, простреленные фашистами, части часов, подсвечников и других вещей из Михайловского и Тригорского). Работы советских художников воспроизводят сегодняшний день Михайловского, передают любовное отношение к нему советского народа.

Вторая комната (комната няни) открывается темой «Пушкин в Михайловском в 1817 и 1819 годах». Здесь мы видим единственно достоверное изображение молодого Пушкина, каким впервые посетил он псковскую деревню,- гравюру Е. Гейтмана, фотографии Тригорской и Петровской усадеб прошлого века, которые посещал поэт, картины и документы крепостного бесправия, свидетелем которых он был, копии списков антикрепостнического стихотворения «Деревня», созданного им в Михайловском, а также листка из «Записок» — «Вышед из Лицея, я почти тотчас уехал в Псковскую деревню моей матери… — и других автографов. Затем мы знакомимся с историей ссылки Пушкина в Михайловское из Одессы в 1824 году (копии документов), начальным периодом его деревенской жизни (портреты отца, матери, сестры и брата, письма), организацией тайного надзора за ссыльным поэтом (портреты Нессельроде, Паулуччи, Пещурова, копии документов). Здесь же представлена (в копии) картина неизвестного художника первой половины прошлого века — «Пушкин в Михайловском парке». Центральные темы экспозиции этой комнаты — «Пушкин и няня», «Пушкин и крестьяне в Михайловском». Особое внимание обращает на себя барельеф, приписываемый Л. Серякову,- наиболее достоверное из дошедших до нас изображений «доброй подружки» поэта (барельеф этот принадлежал М. Горькому и подарен им Пушкинскому дому Академии наук с надписью: «Арина Родионовна, няня Пушкина. Приписывается Л. Серякову. Резано в Пскове в 1840 г.»). Пушкин с Ариной Родионовной изображен на картине Н. Шестопалова, на рисунках и гравюрах Н. Ульянова, А. Парамонова, на репродукции с картины Ю. Непринцева, в скульптурах Н. Дыдыкина и Я. Троупянского. На акварели Н. Шестопалова, рисунках и гравюрах других художников поэт показан среди крестьян, на ярмарках в Святогорском монастыре, слушающим и записывающим произведения народной поэзии. О глубоком интересе Пушкина в эти годы к поэзии своего народа и о том значении, которое имело знакомство с нею для его собственного творческого развития, говорят многочисленные материалы, представленные в экспозиции: копии записей Пушкиным народных сказок и песен, автографов созданных на их основе произведений (пролог к «Руслану и Людмиле», «Жених» и другие), и иллюстрации к этим произведениям. Среди обстановки комнаты няни находится кресло, принадлежавшее П. А. Ганнибалу.

Третья комната (комната родителей) посвящена характеристике жизни и, главным образом, творчества Пушкина в Михайловском 1824-1826 годов. Здесь мы находим портрет Пушкина работы В. Тропинина (копия), картины «Пушкин на прогулке» В. Серова (копия), «Пушкин в Михайловском» Б. Щербакова. Широко представлен круг чтения поэта (изданные в конце XVIII — начале XIX века сочинения Ломоносова, Державина, Крылова, Карамзина, Козлова, Гнедича, Шекспира, Байрона, Вальтера Скотта, журнал «Московский телеграф», альманахи «Полярная звезда» и «Северные цветы», список комедии Грибоедова «Горе от ума» 1825 года); переписка (копии писем Рылееву, Бестужеву, Жуковскому, Плетневу, Вяземскому, Л. Пушкину, портреты некоторых корреспондентов). Представлены материалы, характеризующие дружеское общение Пушкина с соседями по имению — Осиповыми-Вульф (акварельные и силуэтные портреты Ал. Н., Е. Н., А. И. Вульф, А. П. Керн, план и макет дома в Тригорском, старинные фотографии внутреннего вида некоторых комнат, мемориальные вещи из Тригорского — бронзовые и мраморные часы, медный самоварчик, картинка фламандской школы, бювары, подушечки, чернильница). Особо выделено все, относящееся к встречам поэта с друзьями — И. И. Пущиным, А. А. Дельвигом, А. М. Горчаковым, Н. М. Языковым (портреты их, картины работы Н. Ге, Н. Шестопалова, Г. Веселова и других). Здесь же показана работа поэта над поэмой «Цыганы» (иллюстрации К. Клементьевой, копии автографов, автоиллюстраций); над народной исторической драмой «Борис Годунов» (иллюстрации Н. Мясоедова, художников-палешан, портреты Годунова и Самозванца, виды городища Воронина и Святогорского монастыря, копии рукописей, первое издание 1831 года); над лирическими произведениями («Я помню чудное мгновенье…», «19 октября», «Пророк» и другими — копии автографов). Среди обстановки этой комнаты — ряд мемориальных предметов: стол из Тригорского, кресло А. Н. Вульфа и т. д.

Дом-музей, уголок комнаты няни. Фотография. 1955 г.

Четвертая комната (зал), небольшая, уютная, очень светлая, с балконом, выходящим на Сороть, паркетным полом, обтянутыми золотистым шелком стенами и пестрой изразцовой печью, носит мемориальный характер. Экспозиции здесь нет. Обставлена в основном мебелью, точно воспроизводящей ту, которая была в Михайловском; столик красного дерева, часы из Тригорского; горка со старой посудой. В ней же находятся ящичек с биллиардными шарами и кий, принадлежавшие Пушкину, которыми поэт играл в долгие зимние вечера; это наиболее ценная из всех мемориальных вещей, хранящихся в музее. На стенах портреты предков — А. П. и И. А. Ганнибалов, Ю. П. Пушкина.

«Евгений Онегин» (иллюстрации П. Соколова, К. Рудакова, Н. Кузьмина, картина Ю. Клевера, копия с картины И. Репина, прижизненные издания, многочисленные автографы и автоиллюстрации в копиях), а также над реалистической поэмой «Граф Нулин» (иллюстрации К. Клементьевой, автографы и автоиллюстрации в копиях). Весьма большое внимание уделено теме «Пушкин и декабристы». Представлена копия с картины И. Кольмана «14 декабря 1825 г. на Сенатской площади», портреты руководителей тайных обществ — друзей Пушкина, рисунки поэта на полях «Евгения Онегина». На рисунке художника П. Павликова изображена сцена в Тригорском, когда поэт узнает о восстании 14 декабря. С декабристской темой неразрывно связаны и материалы о крестьянских волнениях 1826 года в Псковской губернии (карта распространения крестьянских волнений и другие). Знакомство поэта с этими событиями отразилось на его работе над «Песнями о Стеньке Разине» (они представлены в экспозиции копиями с автографов и портретом Степана Разина). Дальше экспозиция рассказывает о внезапном вызове Пушкина в Москву и его отъезде из Михайловского в ночь на 4 сентября 1826 года (литография А. Орловского «Фельдъегерь» и ряд документов в копиях). В особые темы выделены — приезд Пушкина в Михайловское в 1826 году, его работа над «Запиской о народном воспитании»; приезд в 1827 году, работа над романом «Арап Петра Великого» (иллюстрации Л. Фейберга и другое) и встреча на обратном пути с В. К. Кюхельбекером на станции Залазы (картина Н. И. Шестопалова); приезд в 1835 году, работа над стихотворением «Вновь я посетил…» (картина неизвестного художника первой половины прошлого века — «Пушкин на лесистом холме», автографы-копии, автолитографии А. Каплуна и других). В экспозицию этой комнаты входит также копия с портрета Пушкина работы О. Кипренского (1827), скульптура И. Теребенева (1837).

Дом-музей, уголок зала. Фотография. 1955 г.

Заключительный раздел экспозиции говорит о бессмертии Пушкина, о любви советского народа к своему великому поэту, о широчайшем распространении его произведений на языках всех народов Советского Союза. Среди выставленных здесь этюдов, гравюр, фотографий особое внимание привлекают изображения восстановленных памятников Пушкинского заповедника: Дома-музея, домика няни и других, картины многотысячных митингов трудящихся у могилы поэта, на берегах Сороти, под сенью Михайловских рощ, народного празднования 150-летия со дня рождения великого поэта. В нескольких витринах выставлены издания сочинений Пушкина на русском языке и языках народов СССР. Они лучше всего свидетельствуют о глубокой справедливости слов из передовой статьи «Правды», начертанных золотыми буквами на алом бархате и венчающих экспозицию Дома-музея: «Великая пролетарская революция впервые по-настоящему создает Пушкину подлинно народную славу национального русского поэта — славу великого поэта народов Советской страны».

Особое внимание посетителей привлекает, естественно, кабинет поэта.

Примечания

^8* ( и подготовлены к печати Л. Л. Слонимской.)

^9* (Архив опеки Пушкина, М., 1939 (Летописи Гос. Литературного музея, кн. 5), стр. 271.)

^10* (И. И. Пущин, Записки о Пушкине, ГИХЛ, М. 1937, стр. 82.)

^11* (М. И. Семевский, Прогулка в Тригорское. — «С. -Петербургские ведомости», 1866, № 139 и след. Перепечатано в кн.: А. Н. Вульф, Дневники, «Федерация», М., 1929. По последнему изданию и приведена цитата, стр. 74. М. И. Семевский — известный историк, издатель журнала «Русская старина».)

^12* (А. Н. Вульф, Дневники, «Федерация», М., 1929, стр. 135.)

^13* («Советский писатель» («Библиотека поэта») 1948.)

^14* (Д. Мацкевич, Путевые заметки. — «Северная пчела», 1848, № 247. Д. И. Мацкевич — цензор С. -Петербургского цензурного комитета и путешественник. «Путевые заметки» — наиболее известное его сочинение.)

^15* (М. П. Розберг, Могила Пушкина в 1856 году. — «Исторический вестник», 1899, май, стр. 754.)

^16* (К. А. Тимофеев, Могила Пушкина и село Михайловское. — Журнал Министерства народного просвещения, ч. 103, VIII, отд. II, 1859, стр. 139-151. Перепечатано: «Русская старина», т. XCVIII, май, 1899. По этому изданию и приведена цитата, стр. 270-271. К. А. Тимофеев — педагог и историк литературы, ученик и сотрудник проф. А. В. Никитенко. В виде письма к нему, как редактору журнала Министерства народного просвещения, и написана цитируемая статья.)

^17* ()